Поражение Запада — Эммануэль Тодд

---

Первая же сохраненная цитата, оказалась мыслью, посетившей одновременно многих. Для меня она вошла в обиход после одного из эфиров с Павлом Щелиным где-то в районе 2023-24 гг.

«Это напоминает игрока в покер, которого приятель подталкивает к тому, чтобы он постоянно поднимал ставки, и который в итоге сыграет ва-банк с парой двоек. Перед ним сидит озадаченный, однако выигрывающий шахматист.»

Но все же есть несколько мыслей, которые проходят через всю книгу красной нитью: 1) Общество является отражением текущей морали, а она определяет поведение элиты 2) Гордыня США и западного общества привела к постоянному принятию неверных решений, которые были основаны на некомпетентности и самоуверенности 3) Путинская пропаганда была права во всем

Мораль США претерпела изменения в XX веке, хоть по старинке мы и продолжаем говорить о WASP, но сами они попросту вымерший вид в американской элите и обществе. Эволюция религиозных убеждений в обществе по версии Тодда выглядит следующим образом: 1) активная фаза — общество живет по религиозным правилам, традициям. 2) зомби фаза — соблюдение базовых обрядов(крещение, смерть), без понимания смыслов и тем более без попытки самому по-настоящему верить 3) ноль-фаза — полный отказ от религиозной морали и традиции, что становится последней фазой разрушения общества и государства(как субъекта с целью)

В этом контексте Эммануэль Тодд приводит законодательное разрешение «брака для всех» как маркер перехода к ноль-фазе протестантизма в США и католицизма в Европе.

«Как мы уже видели, Франция узаконила «брак для всех» в 2013 году, а Великобритания — в 2014-м. В США он был узаконен на федеральном уровне в 2015 году. Никакой заметной разницы. Итак, 2015 год — год ноль-религии. 2016 год — избрание Дональда Трампа.»

Протестантизм постулировал с одной стороны стремление к успеху, с другой стороны разделение мира на «своих и чужих». Первый постулат привел к расцвету предпринимательства в западном обществе, второй — к расизму.

Победа над протестантской этикой привела к тому, что вместо стремления быть успешным ради подтверждения избранности Богом, теперь властвует одно слово — «жадность». Вся философия протестантов сведена к долларам и власти, отсюда напрямую и следует обнародование данных об острове Эпштейна. Другого варианта развития событий и быть не могло.

«Являлось ли целью издеваться над добрым народом, используя какой-то экономико-философско-сатанинский обряд?» — задается вопросом Тодд.

Одно радует — отказ от протестантизма, возможно, приведет к падению расистских настроений в США. Но не обязательно.

По мнению Тодда в основе морали и политического строя стоят такие фундаментальные факторы как семья.

«Складывается впечатление, что при любой экономической системе или конфигурации немцы оказались бы в выигрыше просто потому, что они олицетворяют собой Германию с ее антропологическим (семья), образовательным и технологическим потенциалом. По той же логике я всегда считал, что у россиян все будет хорошо, поскольку они олицетворяют Россию с ее антропологическим (общинная семья), образовательным и технологическим потенциалом.»

В подтверждение слов о том, что гордыня затмевает взгляд на реальность, что является следствием общего нигилизма, приводится ряд аргументов на данных. Очевидно, что первый подозреваемый ВВП, особенно после 2022 года. Тогда было много разговоров о том, что Россия — «2% мирового ВВП» и не имеет значения. Практика показала, что в части баланса торговли ключевыми товарами энергетики, металлов и продовольствия — имеет еще какое значение.

В этом контексте показан рост в 2 раза производимой пшеницы в России и падение так же в половину в США за последние 10-15 лет.

Но главным аргументом, который разваливает нарратив о сравнении по ВВП выступает показатель детской смертности, где США оказываются аутсайдером из всего списка стран, упоминаемого в книге.

Тему подлога в самой идее посчитать ВВП Тодд придержал для США под конец книги.

Воспользовавшись небольшим допущением относительно экономики США, которая отчасти раздута, приводится интересный расчет настоящего ВВП в $. Отдельно затронут сектор здравоохранения, который с одной стороны обходится США дороже остальных стран запада, с другой стороны, допускает отравление собственных граждан за взятки от фармкомпаний(опиоидный кризис и тд).

В ВВП здравоохранение занимает 18,8%, но по итогам последних 10 лет привело к снижению продолжительности жизни граждан. В действительности существует до 40% от этого уровня расходов, остальное раздутый пузырь платежей на шее у бюджетных программ и пациентов. 1) Производственный сектор занимает 20% от номинального ВВП в $76 тысяч на человека, что дает $15,2 тысячи 2) 60,8 тысяч относятся к производству услуг(включая здравоохранение), что помноженное на коэффициент 0,4 приводит к сумме $24,32 тысячи 3) Итого выходит $39,52 тысячи на душу населения В Германии показатель $48 тысяч, во Франции $41 тысяча, сколько в этих суммах занимают круасаны и пиво — нам еще предстоит узнать отдельно. Но показатели ВВП в этом расчете ставят США в хвост списка стран Запада, что очень похоже на показатели детской смертности.

Книга не дает рецептов излечения от недуга для стран Запада или для России, но констатирует прямую зависимость обессмысливания происходящего в связи с постепенным отходом от религиозной морали:

«Совсем недавнее исследование показало, что в период с 2006 по 2018 год IQ также падал у населения США в целом, хотя и более быстрыми темпами среди тех, кто не получал высшего образования (Я упоминал об этом явлении в предыдущей главе о Скандинавии, где оно было выявлено ранее.) Как можно не связать это снижение действенности образования с исчезновением протестантизма, одним из приоритетов которого было образование? И снова становится очевидной еретическая природа евангелизма, поскольку его распространение совпало в среде белых американцев с более низким уровнем образования, чем у католиков. В этом и заключается парадокс этой исторической и социологической фазы: образовательный скачок в конечном итоге привел к спаду образования, потому что он способствовал исчезновению ценностей, благоприятствующих развитию образования.»

Можно ли в этом контексте считать рост популярности православных приходов в США и в России как лекарство, покажет время.

Цитаты

Это напоминает игрока в покер, которого приятель подталкивает к тому, чтобы он постоянно поднимал ставки, и который в итоге сыграет ва-банк с парой двоек.

Перед ним сидит озадаченный, однако выигрывающий шахматист.

То, что Путин, специалист по международным отношениям, называет «империей лжи», которой он не может дать полного определения, и то, что Миршаймер, теоретик международных отношений, упорно отказывается видеть, — это совершенно простая истина: на Западе национального государства больше не существует.

Адам Фергюссон: «Без соперничества наций и военных упражнений, — писал он, — гражданское общество едва ли оформилось, обрело цель существования». И уточнял, что «тщетно было бы надеяться, что мы сможем внести в народ в массе чувство единения, не подтвердив враждебности к оппонентам.

Если бы мы могли взять и истребить в какой-либо нации чувство неприязни к иноземцам, тем самым мы, вероятно, разорвали или ослабили бы сплачивающие ее внутренние узы и вычеркнули бы из национальной истории самые бурные массовые сцены и излияния чувств»

Коммунизм возник не из плодотворного мозга Ленина, прежде чем был установлен активным меньшинством; он появился в результате распада традиционной крестьянской семьи. Отмена крепостного права в 1861 году, урбанизация и грамотность освободили человека от удушающей общинной семьи. Но освобожденный индивид оказался совершенно дезориентированным, он искал в партии, в централизованной экономике, в КГБ замену отцовской власти. Можно сказать, что КГБ был в определенном смысле институтом, наиболее близким к традиционной семье, потому что лично занимался людьми, причем пристально.

В минуты уныния и плохого настроения я иногда размышляю, не существует ли в восточноевропейских странах более или менее осознанного чувства благодарности к Германии за то, что она избавила их от «еврейской проблемы».

Но эпидемия чумы 1348 года и ее последствия, наоборот, усилили разрыв между двумя частями Европы. На Западе демографический коллапс укрепил позиции крестьянства и привел к ликвидации крепостного права. На Востоке, который был не так урбанизирован и поэтому меньше пострадал от эпидемии, упрочилась власть землевладельцев и возникло то, что Энгельс назвал «вторым крепостным правом».

Классическим симптомом образовательной отсталости является чрезмерная представленность евреев в этих ограниченных средних классах. Особый интерес их религии к образованию дает евреям экономические и социальные преимущества, когда остальное население малообразованно. Несколько цифр покажут вам представление об их доле в городском населении Восточной Европы, а значит, и в образованном среднем классе до Холокоста.

В 1930 году евреи составляли 9,5% всего населения Польши и 30% в Варшаве; 5% населения Венгрии и 35% в Будапеште; в Чехословакии, которая была более развитой, они все еще составляли 2,5% населения и 4% в Праге; в Австрии — 2% населения, но 8 или 9% в Вене. Доля евреев была также высока в Латвии (4,9%) и Литве (7,6%), гораздо ниже в Эстонии (всего 0,4%) и даже в европейской части СССР (3,5%). В Германии, очаге антисемитского истребления, доля евреев по факту была очень низкой: 0,75%.

Там, как на Украине, и здесь, я убежден, что, как и всякое назначение козла отпущения, русофобия выявляет ущербность тех, кто ее проявляет. Хотя она ничего не говорит нам о России, она кое-что сообщает нам об украинцах, поляках, шведах, англичанах, о средних классах во Франции и в США.

Следовательно, протестантизм стоит двойным образом у основ Западной истории: в лучшую сторону — с образовательным рывком, предшествующим экономическому развитию, и в худшую — с идеей о неравенстве людей. Это также стало основной движущей силой развития национальных государств. Французы ошибаются, полагая, будто их революция изобрела нацию. Именно протестантизм первые дал народам такое представление о себе

Я говорю «индивид, лишенный всякой коллективной веры», а не «освобожденный», потому что, как мы увидим, пустота действует скорее как фактор сокращения личности, нежели ее увеличения.

На другом конце жизни христианское зомби-общество будет продолжать отвергать кремацию, которая долго была запрещена церковью. Следовательно, стадия ноль христианства характеризуется исчезновением крещения и массовым ростом кремации. Мы находимся на этом этапе.

Одной из величайших иллюзий 1960-х годов — между англо-американской сексуальной революцией и французским «Маем 1968 года» — была вера в то, что личность станет более значительной, освободившись от коллектива (mea culpa, mea maxima culpa!). Правда заключается в обратном. Личность может быть значительной только в сообществе и благодаря нему. В одиночку она по своей природе обречена на сокращение (сужение). Теперь, когда мы массово освободились от метафизических верований, основополагающих и производных, коммунистических, социалистических или национальных, мы ощущаем пустоту, становимся меньше. Мы превращаемся во множество миметических карликов, которые дальше не осмеливаются думать самостоятельно, но тем не менее оказываются столь же способными к нетерпимости, как и верующие прошлых лет.

Эммануэль Макрон тоже немного возражал и часто общался с Путиным — до такой степени, что даже появился новый глагол в русском языке, макро-нировать, то есть «болтать в пустую», а его украинский вариант — макронувати, «выражать озабоченность и ничего не делать».

Прежде всего мы должны помнить, что моральное и политическое падение самой могущественной нации на западе континента произошло одновременно со всеми остальными.

Фундаментальное заблуждение сторонников Маастрихтского договора (а также их противников, если уж на то пошло) заключалось в том, что Европа приведет к вытеснению нации созданием образования более высокого порядка, пусть и многопостнационального, но сохранившего субстанцию. Ни те, ни другие вовремя не осознали, что фундаментальной социологической движущей силой проекта является спонтанное растворение наций в описанной Питером Мейром и другими пустоте и что Европа евровалюты могла стать в квадрате лишь версией того, во что превратились сами нации: распыленными устройствами, населенными апатичными гражданами и безответственными элитами.

Огромная измельченная установка.

Владимир Путин может иронизировать, когда говорит, что, если бы Соединенные Штаты предложили европейским лидерам повеситься, они бы это сделали, но попросили бы, чтобы это были веревки, изготовленные дома; и уточняет, что эта просьба будет отклонена, чтобы защитить интересы американской текстильной промышленности.

Если мы заглянем в «подсознание» НАТО, то обнаружим, что военная, идеологическая и психологическая машина организации существует уже не для защиты Западной Европы, а для ее контроля.

Когда Бундестаг определил голодомор, украинский голод, как геноцид, я был поражен тем, что Германия оказалась способна на полном серьезе преподавать нам понятие того, что такое геноцид.

Тогда неолиберальная концептуальная революция предстанет перед нами как простое освобождение инстинкта наживы, отделенного от понятия морали. Слово, которое приходит на ум, — «алчность». Вы можете делать деньги, распродавая государственные активы, взимая выкуп с граждан через механизм аутсорсинга. Вполне естественно, что эта неосознанная корысть чаще проявилась у лейбористов, ведь их сознание — социальное.

Протестантизм отличается прежде всего погружением человека в себя под предлогом диалога с Богом.

Я, конечно, не совсем серьезен, но тем не менее мы должны учесть в наших рассуждениях, что в Скандинавии действительно существует нечто ущербное в отношениях между полами и оно проявляется в политике.

Являлось ли целью издеваться над добрым народом, используя какой-то экономико-философско-сатанинский обряд?

Как мы уже видели, Франция узаконила «брак для всех» в 2013 году, а Великобритания — в 2014-м. В США он был узаконен на федеральном уровне в 2015 году. Никакой заметной разницы. Итак, 2015 год — год ноль-религии. 2016 год — избрание Дональда Трампа. 2022 год — Украина становится субподрядчиком в войне с Россией.

Совсем недавнее исследование показало, что в период с 2006 по 2018 год IQ также падал у населения США в целом, хотя и более быстрыми темпами среди тех, кто не получал высшего образования (Я упоминал об этом явлении в предыдущей главе о Скандинавии, где оно было выявлено ранее.)

Как можно не связать это снижение действенности образования с исчезновением протестантизма, одним из приоритетов которого было образование? И снова становится очевидной еретическая природа евангелизма, поскольку его распространение совпало в среде белых американцев с более низким уровнем образования, чем у католиков.

В этом и заключается парадокс этой исторической и социологической фазы: образовательный скачок в конечном итоге привел к спаду образования, потому что он способствовал исчезновению ценностей, благоприятствующих развитию образования.

В обществе, где, несмотря на неравенство, питание не является проблемой, ожирение свидетельствует о недостатке самодисциплины, тем более если речь идет о богатых людях, которые могут позволить себе покупать качественные продукты. Поэтому мы должны использовать показатель ожирения (или, скорее, его обратную величину) как один из индикаторов (среди прочих) контроля, который люди способны осуществлять над собой. Американский показатель свидетельствует о дефиците суперэго на уровне общества в целом.

Если война на Украине в конечном итоге приведет к падению американской империи, Збигнев Бжезинский войдет в историю геополитики как величайший невольный юморист.

Вторжение в Афганистан было оправдано, потому что именно там нашел убежище бен Ладен. Вторжение в Ирак в 2003 ничем не оправдано: оно ознаменовало вступление Соединенных Штатов в новую фазу своей истории: ведение агрессивных войн в чистом виде.

Складывается впечатление, что при любой экономической системе или конфигурации немцы оказались бы в выигрыше просто потому, что они олицетворяют собой Германию с ее антропологическим (семья), образовательным и технологическим потенциалом. По той же логике я всегда считал, что у россиян все будет хорошо, поскольку они олицетворяют Россию с ее антропологическим (общинная семья), образовательным и технологическим потенциалом.

Но в тексте 2002 года сквозило завистливое презрение к европейцам, которые, по словам Кагана(Роберт Каган, муж Виктории Нуланд), были «с Венеры», а американцы — «с Марса». Иными словами, европейцы были не только «бабами», но еще и «тряпками».

После победы над Саддамом Хусейном Кондолиза Райс, советник Буша-младшего по безопасности, а затем госсекретарь, выразила эту истину в своем отрицании: «Мы должны наказать Францию, игнорировать Германию и простить Россию». Мы знаем, что Россия не будет прощена, что Франция не будет наказана. Но Германия будет проигнорирована.

В «вашингтонской деревне», в стране массовых расстрелов, в эпоху ноль-религии главным импульсом является потребность в насилии.

Комментарии

Оставьте комментарий под своим аккаунтом Telegram — регистрироваться на сайте не нужно.